Смывая всей природы очертанья,
Зигзагом по стеклу стекающие капли
Осеннего дождя. Ты не придёшь, не так ли?
И всё ж томлюсь средь муки ожиданья.
Мы в наше счастье не спешили верить,
И нежных слов боялись, как огня,
Наивно верность прошлому храня,
Вдруг оказались у закрытой двери.
И нет уж сил молчанье разорвать,
Лишь лёгкое руки прикосновенье -
Последнее, прощальное движенье
Для двух сердец, умеющих понять,
Понять,
простить,
забыть,
не возвратиться...
По улице стекает грустный дождь,
И я, не веря в то, что ты придёшь,
Всё не могу никак с тобой проститься.
Татьяна Задорожная,
столица
киевлянка. с 1992 года живу в Калифорнии. окончила в США два университета, один по специальности журналистика, другой - психология. так и совмещаю одно с другим в рабочих и внерабочих занятиях. Все работы, которые представлены на этом сайте, были написаны более очень давно, если что-то не понравилось, прошу читателей не торопиться составлять своё мнение об авторе. спасибо.
Прочитано 8751 раз. Голосов 1. Средняя оценка: 5
Дорогие читатели! Не скупитесь на ваши отзывы,
замечания, рецензии, пожелания авторам. И не забудьте дать
оценку произведению, которое вы прочитали - это помогает авторам
совершенствовать свои творческие способности
Поэзия : 3) Жизнь за завесой (2002 г.) - Сергей Дегтярь Я писал стихи, а они были всего лишь на бумаге. Все мои знаки внимания были просто сознательно ею проигнорированы. Плитку шоколада она не захотела взять, сославшись на запрет в рационе питания, а моё участие в евангелизациях не приносило мне никаких плодов. Некоторые люди смотрели на нас (евангелистов) как на зомбированных церковью людей. Они жили другой жизнью от нас и им не интересны были одиночные странствующие проповедники.
Ирина Григорьева была особенной. Меня удивляли её настойчивые позиции в занимаемом служении евангелизации. Я понимал, что она самый удивительный человек и в то же время хотел, чтобы она была просто самой обыкновенной девушкой. Меня разделяла с ней служебная завеса. Она была поглощена своим служением, а я только искал как себя применить в жизни и церкви. Я понимал, что нужно служить Богу не только соответственно, не развлекаясь, но и видел, что она недоступна для меня. Поэтому в этом стихе я звал её приоткрыть завесу и снять покрывало. Я хотел, чтобы она увидела меня с моими чувствами по отношению к ней и пытался запечатлеть состояние моего к ней сердечного речевого диалога, выраженного на бумаге. Но, достучатся к ней мне всё никак не удавалось.
